Наступление на демократию
Государственная дума 12 декабря приняла в третьем, окончательном, чтении закон, который отменяет использование суда присяжных при рассмотрении дел о преступлениях антигосударственного характера. Теперь такие дела будет рассматривать коллегия из трех судей федерального суда общей юрисдикции.
 
Речь идет о категории тяжких и особо тяжких преступлений, в том числе связанных с терроризмом, захватом заложников, организацией незаконных вооруженных формирований, шпионажем, государственной изменой, насильственным захватом власти, вооруженным мятежом, диверсиями, массовыми беспорядками.
 
Предложение о внесении изменений в УПК было внесено группой депутатов во главе с председателем комитета Госдумы по безопасности Владимиром Васильевым. Поправками увеличивается предусмотренный в УК РФ срок наказания по статье "Терроризм" - по преступлениям, которые сопряжены с умышленным причинением смерти человеку, виновных лишат свободы на срок от 15 до 20 лет. Возможно также принятие решения о пожизненном заключении.
 
Статьи "Захват заложника" и "Диверсия" дополняются новыми составами преступлений - "умышленное причинение смерти человеку и причинение значительного имущественного ущерба, либо наступление иных тяжких последствий".
 
В состав преступлений, предусмотренных статьей "Укрывательство преступлений", помимо особо тяжких, включаются и тяжкие преступления, что позволит распространить данную статью на более широкий круг противоправных действий. Закон "О противодействии терроризму" дополнен положением о включении следователей прокуратуры в состав субъектов, осуществляющих противодействие терроризму.
 
За принятие закона, отменяющего суд присяжных при рассмотрении дел о преступлениях антигосударственной направленности, проголосовали 355 депутатов при необходимом минимуме в 226, 85 были против. Несмотря на то, что документ рассматривался в третьем чтении, когда дискуссия по нему не предусмотрена, перед голосованием выступили представители всех четырех парламентских фракций.
 
Фракции "Справедливая Россия" и КПРФ заявили, что они категорически против принятия подобных поправок в действующее законодательство. Как заявила Елена Мизулина, приняв закон, депутаты "обрушивают одно из основных прав человека - право на справедливый суд". При этом она обвинила единороссов, которые являются также авторами данного проекта закона, в том, что они пытаются провести решение об отмене судов присяжных завуалировано, не упоминая об этом принципиально важном намерении ни в названии закона, ни в пояснительной записке к нему.
 
Представитель фракции КПРФ Виктор Илюхин также заявил, что фракция не будет голосовать за этот документ. "Мы считаем его еще одним ударом по демократическим принципам отправления правосудия в стране", - подчеркнул Илюхин. По его словам, закон является антиконституционным. Представитель КПРФ также выступил с утверждением, что партия парламентского большинства постепенно реализует тенденцию, направленную на расширение разного рода запретительных и ограничительных мер, и это неизбежно приведет к "разрушению демократии в России". Как заметил Илюхин, уже сейчас можно говорить о том, что "разворачиваются преследования за критику власти" в стране.
 
Вице-спикер Владимир Жириновский в своем выступлении заметил, что он "почти полностью" согласен с аргументами Мизулиной. Однако отметил он, что фракция все-таки проголосует за данный закон. "Чуть меньше свобод - и существует Россия, чуть больше - и страны нет", - отметил Жириновский. Именно этим будут руководствоваться депутаты от ЛДПР, поддерживая данную законодательную инициативу, добавил Жириновский.
 
Глава думского комитета по безопасности Владимир Васильев категорически не согласился с тем, что предложенные поправки в уголовное и уголовно-процессуальное законодательство противоречат Конституции. По мнению Васильева, предложенный законопроект обусловлен существующей практикой рассмотрения дел судами присяжных заседателей, а также учитывает особенности отправления правосудия в разных российских регионах. По данным Васильева, за 2005-2008 годы из 26 уголовных дел по обвинению в терроризме по 12 были вынесены оправдательные приговоры при участии присяжных заседателей.
 
В России суд присяжных действовал с 1864 по 1922 год. С 1993 года суд присяжных начал действовать в 9 регионах России: Московской, Рязанской, Саратовской, Ивановской, Ульяновской и Ростовской областях, Ставропольском, Алтайском и Краснодарском краях. Если присяжные не смогли прийти к единому мнению в течение 3 часов, решение о виновности или невиновности принимается простым большинством. По статистике, присяжные выносят оправдательные приговоры в 9% случаев, профессиональные судьи - всего в 1%.
 
Примечательно, что одним из главных аргументов авторов законопроекта было утверждение, что в коллегии присяжных стали чаще выносить оправдательные вердикты в отношении лиц, которых следствие считало членами незаконных вооруженных формирований и организованных преступных сообществ, осуществлявших террористическую деятельность. Также стало больше обвинительных приговоров с указанием о необходимости снисхождения к подсудимым.
 
Между тем, с этим утверждением можно поспорить. Так, например, присяжные вынесли чеченской террористке Мужахоевой гораздо более суровый приговор, чем можно было предположить (Мужахоева не привела в действие взрывное устройство, и сдалась властям). По некоторым данным, следствие обещало ей за сотрудничество снисхождение, однако присяжные рассудили иначе.
 
Решение Госдумы уже вызвало серьезный общественный резонанс. Так, представители российской общественности написали президенту России Дмитрию Медведеву открытое письмо, в котором просят наложить вето на законопроект, запрещающий участие присяжных при рассмотрении дел о терроризме, государственной измене, диверсии и об организации массовых беспорядков.
 
По мнению подписавших открытое письмо, суд присяжных как один из немногих элементов контроля гражданского общества над судом "откровенно похищен депутатами в пользу спецслужб". Подписи под обращением поставили председатель Московской Хельсинской группы Людмила Алексеева, актриса Лия Ахеджакова, режиссер Марк Захаров и другие общественные и культурные деятели. Оппоненты поправок считают, что закон направлен не против террористов, а против оппозиции, так как любую политическую акцию можно интерпретировать как массовые беспорядки.
 
А Геннадий Гудков, зампред комитета ГД по безопасности, заявляя о вредности законопроекта № 123532-5 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ по вопросам противодействия терроризму», отметил: «Данный законопроект отражает кризис следствия. Следствие ведется сегодня настолько плохо, а зачастую ангажировано, что это не убеждает присяжных заседателей в справедливости выносимых решений.
 
Дело даже не в террористических актах, а в пособниках и других участниках преступления, которые автоматически подпадают под эти правовые нормы. Мы фактически признаемся в том, что не можем организовать в суде объективное соревнование обвинения и защиты, поэтому отказываемся от важнейшего инструмента правосудия – суда присяжных. Это попахивает возвратом во времена Советского Союза, когда был один судья и двое «кивал».
 
Я согласен только по одному пункту исключения суда присяжных – террористическое преступление и захват заложников, но не более. В имеющемся виде законопроект вреден», - заявил Геннадий Гудков.
 
Институт присяжных – это один из важнейших институтов демократического общества. И утверждение о «неготовности» к нему народа равноценно признанию того, что демократическая система государственного устройства для нас неприемлема.