К необратимости реформ, или Легенда о Чубайсе

Помните, был такой Анатолий Борисович Чубайс. То есть и сейчас ещё есть, но уже на наноуровне. А был о-го-го.

Я считаю его, безусловно, фигурой шекспировского масштаба.

Он знаковая фигура, олицетворяющая собой всё наше «либеральное движение» и его эпоху. И дело не только в долгой народной памяти, по которой особо наглых рыжих котяр называют в честь Анатолия Борисовича.

Дело ещё и в том, что Чубайс — фигура предельно мифологизированная, как сама эпоха.

Я бы даже больше сказал — это был человек-миф.

Генезис этого мифа проходил (и продолжается) на наших с вами глазах. Что представляется особенно увлекательным, ибо не всегда можно понаблюдать миф от зарождения до последующего его разоблачения.

Лично мне кажутся важными четыре его основные составляющие.

Итак.

Миф первый: Чубайс — «приватизатор всея Руси».

Он, кстати, и проявился впервые в народном сознании с того, что некоторые интеллигентно называют «фантастикой»: помните ещё его «две «Волги» за один ваучер»?

Или, думаете, человек «сам добросовестно заблуждался»?!

Ага.

Щаззз.

У любого мифа есть последующее разоблачение. Здесь же — уникальный случай — разоблачителем выступил сам Анатолий Борисович, позднее неоднократно признававшийся в многочисленных интервью, что такой задачи, как раздать госсобственность населению, перед ним — даже чисто теоретически не стояло.

Перед ним стояла задача «сделать реформы необратимыми». Т.е. — максимально демонтировать государственную экономику, раздав собственность кому угодно: хоть «директорам», хоть «американцам», хоть обычным бандитам. На тот случай, чтобы, если случится «красный реванш», — эти новые «хозяева» бились за своё не на жизнь, а на смерть. А это, извините меня, конечно, что угодно, только не приватизация. Потому как приватизация — это кому-то нравящийся, кому-то нет, но понятный и логичный экономический процесс.

В действиях же Чубайса на тот момент собственно «экономики» не присутствовало: голая логика вполне понятной и вполне политической борьбы. Короче, если это была приватизация, то я — китайский летчик.

Миф второй, о «Чубайсе как умелом кремлевском администраторе, интригане и царедворце» — был развеян фактически сразу, как только он начал подбираться к власти. Борис Абрамович Березовский, тоже не семи пядей во лбу, — что блистательно и доказал своей последующей биографией, — скушал Анатолия Борисовича и не поморщился. Что, в общем-то, и не удивительно, ибо в этом качестве — вне ткани мифа в суровой и кондовой реальности — «умный царедворец» оказался не просто абсолютно по-детски беспомощным, но ещё и поводов надавал, чтобы собой закусить, столько, что было бы даже странно, если бы этого не случилось: одно «писательское дело» чего стоит.

Третий миф — о «гениальном менеджере Чубайсе». Тоже, кстати, начинавшийся с откровенного вранья про «снижение тарифов после возникновения конкуренции в энергетике» (с) — развеялся буквально на наших глазах.

И дело тут даже не в том, что РАО ЕЭС под бравым руководством Анатолия Борисовича довольно быстро стал считаться какой-то запредельной по степени коррумпированности организацией. Это всё лирика.

А вот результатом своей деятельности Анатолий Борисович может по-настоящему реально гордиться. Так развалить нашу энергетику не мог бы даже и специально внедрённый диверсант, — тут за примерами ходить далеко не надо. Раз уж даже наше не сильно поворотливое государство всё потихоньку поняло и начало потихоньку «вертать обратно», ибо реализация Анатолием Борисовичем им же задекларированных задач в результате «гениального менеджмента» привела к результатам, прямо противоположным декларациям.

И к этому можно относиться как угодно, но называть после этого Чубайса ещё и «толковым управленцем» — это, уж, простите, — какое-то довольно грязное ругательство. В бизнесе — а Анатолий Борисович, будучи главой РАО ЕЭС, позиционировал себя именно как «бизнесмена» — таких принято неполиткорректно именовать лузерами.

Но это так, к слову.

И вот тут мы подходим к четвёртому, последнему и самому главному «мифу Чубайса». Когда его спрашивают, для чего же он, зараза такая, всех этих гадостей на горе народное наворотил, Анатолий Борисович всегда с чувством собственного достоинства и с гордостью до сих пор отвечает: «ради необратимости реформ».

И вот что-то мне подсказывает, что и эта самая «необратимость», как и вся прочая мифология, которой всю жизнь занимался Анатолий Борисович, тоже окажется лажей. И будет в самое ближайшее время разоблачена.

Автор: 
Дмитрий Лекух